№ 2, февраль 2018

Выберите номер:

Купить этот номер
в электронном виде
Совет: Подпишитесь на содержание новых номеров и уведомления об акциях и специальных предложениях журнала «Отдел кадров» на ваш e-mail!

Другие
наши издания

  • Журнал «Экология на предприятии»
  • Журнал «Заработная плата»
  • Журнал «Планово-экономический отдел»

Запускаем волну интереса к EI

Рубрика «Секреты управления персоналом»

«Секреты управления персоналом»: Алена, как тема по эмоциональному интеллекту стала вашей?

Алена Сысоева: Мое первое знакомство с этой темой состоялось в 2007 году. К тому времени я уже проводила тренинги по продажам, переговорам, клиентоориентированному сервису — это было моей тренерской специализацией. Считаю, что мне повезло, поскольку с EI я познакомилась благодаря Марше Рейнольдс, которая приехала в Украину с этим тренингом по приглашению консалтинговой компании «Живое дело». Целевая аудитория тренинга состояла из руководителей, топ-менеджеров, собственников бизнеса, тренеров-консультантов. Я влюбилась в эту тему и поняла, что хочу дальше ей заниматься, исследовать, изучать, нести в массы.

 

«СУПер»: Чему обучала Рейнольдс?

А.С.: В первую очередь познакомила с моделью способностей Майера-Саловея-Карузо (EI Ability), хотя она хорошо знакома и работала с Дэниелем Гоулманом, автором смешанной модели (EI Mix). Потом перешла к навыкам, которые необходимы сегодня руководителям. Главный месседж трехдневного тренинга состоял в том, что эмоциональный интеллект — это возможность современному руководителю расширить свою палитру способов взаимодействия с сотрудниками для повышения эффективности и результатов.

 

«СУПер»: «Эмоциональный интеллект» звучит как-то несолидно для нашей публики, тем более деловой. Не так ли?

А.С.: В самом начале продвижения данной темы на украинском рынке обучения  словосочетание «эмоциональный интеллект» воспринималось приблизительно с таким же опасением, как в свое время НЛП и коучинг. После обучения у Марши прошел почти год, когда пришел запрос от одного моего клиента на проведение тренинга по коммуникации, но с чем-то «свеженьким» и «новеньким». Таким образом, представилась возможность создать уникальный проект, который получил название «Эмоциональный интеллект как залог эффективной коммуникации с клиентом». Так в 2008 году я провела первый корпоративный тренинг по эмоциональному интеллекту и, можно сказать, запустила волну интереса к данной теме украинских компаний. Первыми же топ-менеджерами, которые обучились навыкам EI, были сотрудники известного банка. Это была многомодульная программа обучения руководителей а в основе одного из модулей «Вдохновляющее лидерство» лежала концепция EI. В рамках «дня открытых дверей» в 2011 году я провела однодневную ознакомительную программу для руководителей, собственников бизнеса, HR-ов, в которой участвовало более 100 человек. И тема зазвучала мощнее и неожиданно стала популярной.

 

«СУПер»: Как вы оцениваете работу над собой в плане развития эмоционального интеллекта? Дэниел Гоулман в своих работах пишет, что развивать его непросто.

А.С.: Действительно непросто. EI — это, в первую очередь, осознанное отношение к информации, которую несут наши эмоции, и умение эту информацию использовать. Это гибкость в выборе способов реагирования на ту или иную ситуацию, уход от стереотипных реакций, которые мы совершаем на автомате в силу привычки, воспитания или, как говорит Саловей, в силу нашего рефлекторного мозга. Эмоциональный интеллект — это своего рода «растяжка», выбор другого варианта, другой реакции. А когда я могу выбрать другой вариант? Когда понимаю собственные потребности и потребности другого человека. Тогда можно найти взаимоудовлетворяющее решение. «Расколдовыватель» наших эмоций — наши потребности. Мы не можем управлять эмоциями, но мы можем выбирать слова, мысли, намерения и действия, которые приведут к другой эмоциональной реакции.

У меня была личная мотивация в том, чтобы заняться исследованием данной темы. Синдром отличницы, знакомый многим людям, неизбежно развивал такие качества, как прилежность, вежливость, часто в ущерб искренности. Синдром хорошего человека всегда рядом с синдромом отличника или перфекциониста. Развитие собственного эмоционального интеллекта способствовало росту личной эмоциональной зрелости, взрослению, когда открыто и честно можешь заявлять о своих желаниях, интересах, потребностях без ущерба потребностям другого человека.

 

«СУПер»: Что-то может вывести вас из равновесия, зацепить?

А.С.: Пытаюсь себя застраховать от желания быть идеальной, от иллюзии, что почти достигла «просветления» и меня ничего уже не может вывести из себя. Конечно, утверждение, что меня ничего не цепляет, было бы неправдой с моей стороны. Меня до сих пор цепляют ситуации, связанные с близкими людьми. Наши близкие — наши главные учителя. И эта мысль позволяет мне вновь и вновь искать пути построения с ними гармоничных отношений. Если меня что-то не устраивает — это моя задача, моя зона ответственности, мой урок, который я должна усвоить. Когда вы почувствуете, что вас не цепляет политическая и экономическая ситуация, ваш руководитель, друг, сосед, очереди и пробки на дорогах, а только ваши близкие, значит, вы поднялись на определенную ступень в развитии EI.

 

«СУПер»: Раз уж мы вспомнили смешанную модель и модель способностей, хотелось бы уточнить, какой вы отдаете предпочтение?

А.С.: Я придерживаюсь модели Майера-Саловея-Карузо. Первоначальный вариант этой модели был предложен в 1990 году. Они определили EI как «способность отслеживать собственные и чужие чувства и эмоции, различать их и использовать эту информацию для направления мышления и действий». То есть EI — это когнитивные способности, понимание своих эмоций, причин их возникновения. Он опирается на научные исследования, связанные с работой мозга, говорит о взаимосвязи между рациональным и эмоциональным, и во мне это находит отклик. Гоулман добавил к выделенным авторами концепции компонентам энтузиазм, настойчивость и социальные навыки. Тем самым он соединил когнитивные способности с личностными характеристиками.

 

«СУПер»: Мода на EI мешает или помогает? Например, на тренинги приходят все кому не лень.

А.С.: Что касается продвижения темы, то я могу выделить три этапа: два в Украине и один в Беларуси. Первый этап — профессиональное любопытство. Когда у тебя есть определенный набор тем, ты начинаешь смотреть за линию горизонта и задаешься вопросом: какая тема будет актуальна через некоторое время? Это как в бостонской матрице[1] — у тебя есть рабочая лошадка, а чтобы она не стала дохлой собакой, надо думать, что нового ты можешь предложить рынку. И все удачно совпало, потому что в моем портфеле были темы по стресс-менеджменту, конфликтам, эмоциональному выгоранию. Тема эмоционального интеллекта все это соединила в единую картинку. Еще бы я отметила, что по духу я лидер, первопроходец и, конечно, меня вдохновила тема, которую нужно было открывать, обосновывать важность, исследовать, внедрять впервые. Иногда даже через сопротивление и скепсис заказчиков.  

 

«СУПер»: А не возникает ревности в подобных случаях?

А.С.: Меня часто об этом спрашивают. Сегодня про EI не говорит разве что ленивый. И многие уважаемые мной коллеги тоже ведут и развивают эту тему. Я искренне считаю, что чем больше будет появляться приверженцев и носителей темы, тем быстрее в нашем обществе начнут происходить положительные изменения. Меня одной на всех не хватит. Главное, чтобы не было подмены понятий. Когда я слышу, что эмоциональный интеллект — это «социальная вежливость», «манипуляции» и так далее, становится грустно от искажения сути концепции и непрофессионализма.

Вернемся к этапам (или «волнам») в развитии темы. Второй этап — это последние несколько лет, когда тема переживает пик популярности. И третий этап — продвижение данной темы на белорусском рынке. И снова путь от скепсиса, недоверия, нивелирования значимости и важности к интересу, восторгу, воодушевлению, желанию развивать. И самое главное событие, инициатором и организатором которого я стала с моими белорусскими коллегами из тренингового портала «Аспект», — это проведение в Минске Первого Международного фестиваля по эмоциональному интеллекту. Это был эффект резонанса. Нам удалось раскачать волну и сегодня все больше белорусских компаний готовы и хотят обучать сотрудников навыкам эмоционального интеллекта.

Сегодня руководитель сталкивается с серьезными вызовами. Ему необходимо быть самому целостным и формировать такую же целостную команду. Тренинг по EI я провожу в двух форматах — открытом и корпоративном. Целевая аудитория: руководители, тренеры, бизнес-консультанты, коучи, HR-ы. У меня есть репутация на рынке, и она помогает формировать целевую аудиторию, то есть «все кому не лень» ко мне не пойдут — я не народный тренер. Поэтому сюрпризов практически не бывает — люди приходят осознанно.

 

«СУПер»: Расскажите немного о корпоративном формате.

А.С.: Запрос на корпоративный формат есть — у меня до июня уже все расписано. В среднем я провожу в корпоративном формате 3–4 мероприятия в месяц. Основной заказчик — HR-бизнес-партнеры и все чаще руководители. Из каких компаний? Банки, страховые компании, производство, IT, фармацевтический бизнес, международные компании.

 

«СУПер»: Перечень удивительный, кажется, в таких компаниях менеджмент не меняется годами и довольно консервативный. Хотя, наверное, сейчас никому в засаде не отсидеться. J

А.С.: Вызовы, с которыми приходится сталкиваться современному руководителю, побуждают искать новые способы и возможности в управлении персоналом. И эти способы базируются на том, что в эпоху VUCA нужно не подавлять, а вдохновлять людей, команду, вовлекать в изменения, выстраивать партнерские взаимоотношения, работать с сопротивлением. И при этом справляться с ростом эмоционального напряжения и выгорания. Это зоны ответственности руководителя.

 

«СУПер»: Что конкретно просят?

А.С.: Конечно, никто не говорит, что у руководителя низкий эмоциональный интеллект и его надо развивать. Обычно запрос звучит так: руководитель не предоставляет обратную связь или предоставляет в критической форме, мало общается, не наделяет полномочиями, стремится все делать сам, конфликтен, сопротивляется изменениям. А если речь идет о команде руководителей, то выясняется, что каждый сам по себе, не чувствуют себя командой, присутствуют разобщенность, нездоровая конкуренция. И я сразу понимаю, о чем будем говорить.

Кстати, подробно о влиянии эмоций на результаты работы писали Саловей и Карузо. Огорчение, раздражение и страх притупляют интеллектуальные способности. 1 % улучшения рабочей атмосферы ведет к повышению роста дохода на 2 %.

 

«СУПер»: Канадский ученый Роберт Хейр несколько лет назад дал интервью нашему изданию, в котором утверждал, что в бизнесе есть запрос на психопатов, которые готовы на все ради результата. У психопата отсутствует эмпатия, то есть можно говорить о низком EI, хотя при этом они отличные манипуляторы. Неужели так поменялся бизнес за последние годы, что запрос кардинально изменился?  

А.С.: Человек, который получил навыки для эмоционального развития, безусловно, научается считывать эмоции и использовать их ради своих целей. Здорово о темной стороне лидерства писал Манфред Кетс де Врис в книге «Мистика лидерства». Если человек харизматичен, энергичен, прекрасно вдохновляет, то его обратная сторона — манипулятивность, экзальтированность, психопатичность. Или у Ицхака Адизеса — поджигатель, мотор, звезда. Это тоже на грани психопатии. Но сегодня ни один бизнес не строится только на одном типе руководителя. И, конечно же, необходим навык для нахождения баланса. Вопрос не в том, чтобы не оказаться на темной стороне, вопрос, как быстро мы можем вернуться на светлую. Конечно, психопат может сделать карьеру и стать топом. Но такой путь опасен выгоранием, дауншифтингом, проблемами со здоровьем. Поэтому для достижения успеха лучше использовать человечные модели, в том числе и для здоровья.   

 

«СУПер»: Кстати, о манипулировании. Недавно ученые обнаружили, что высокий EI коррелирует со шкалой макиавеллизма. Проще говоря, люди с высоким уровнем эмоционального интеллекта склонны к манипулированию.

А.С.: Меня на тренингах спрашивают о грани между манипуляцией и влиянием. EI — это влияние, вдохновляющее лидерство. На тренингах по жестким переговорам некоторые дают манипулятивные техники. Я тоже о них говорю, но для того, чтобы человек их мог распознать и нейтрализовать. Манипуляция отличается от влияния целями и эмоциями на выходе. Манипулятор понимает свои цели и использует это преимущество. Другая сторона не осознает их, возможно, в силу эмоциональной незрелости. Эмоционально незрелая личность не может актуализировать свои желания. А я могу вас так очаровать, что вы будете делать то, что нужно мне, против своего желания. Но какие эмоции у вас после этого? Претензия и обида, разочарование и гнев. А влияние — это когда ты учитываешь мотивы другой стороны. Вы, возможно, не видите выгод от того, что я предлагаю, но моя обязанность — донести это до вас. И тогда вторая сторона готова пойти за мной добровольно. Какая будет эмоция? Благодарность. Влияние увеличивает количество людей, которые готовы за вами пойти, а манипуляция рано или поздно приводит к нехорошим последствиям.

 

«СУПер»: Тренер несет ответственность за то, как будет использован инструмент, в нашем случае EI?

А.С.: Лет десять назад я бы стала бить себя в грудь и ответила утвердительно. Теперь — нет. Задача тренера — быть честным в прозрачности донесения информации, но ответственность за то, как инструмент будет применяться, несет участник.

 

«СУПер»: Как вы для себя формулируете задачу в рамках тренинга по EI? Одним предложением.

А.С.: Использовать информацию, которую дают наши эмоции. Мы не контролируем свои эмоции, но мы можем контролировать свои слова, поступки и действия.

Модель способностей EI Майера-Саловея-Карузо

Восприятие эмоций — способность распознавать эмоции.

Использование эмоций — способность человека (главным образом неосознанно) активировать свой мыслительный процесс, пробуждать в себе креативность.

Понимание эмоций — способность определять причину появления эмоций и интерпретировать их.

Управление эмоциями — способность укрощать, пробуждать и направлять свои эмоции и эмоции других людей для достижения поставленных целей.

Смешанная модель EI Дэниела Гоулмана

Самопознание — способность идентифицировать свои эмоции и мотивацию при принятии решений, узнавать свои слабые и сильные стороны, определять свои цели и жизненные ценности. 

Саморегуляция — способность контролировать свои эмоции, сдерживать импульсы.

Социальные навыки — способность выстраивать отношения с людьми, манипулировать ими.

Эмпатия — способность учитывать чувства других людей при принятии решений, а также сопереживать.

Мотивация — способность стремиться к достижению цели ради самого факта ее достижения.

 

[1] Бостонская матрица, или BCG, — инструмент для стратегического анализа и планирования в маркетинге.

Статья опубликована в журнале «Отдел кадров» № 2 (205), февраль 2018 г. Воспроизведение возможно только с письменного разрешения правообладателя.